Организация, вокруг которой построена половина оккультной конспирологии XX века, существовала на самом деле. В её архивах нет ни артефактов силы, ни порталов — есть сметы, отчёты о командировках и обвинительное заключение.
«Наследие предков» — так переводится название учреждения, вокруг которого выросла едва ли не половина оккультной мифологии XX века. В романах и телепередачах «Аненербе» ищет Грааль, вскрывает древние порталы и охотится за предметами силы.
В архивах лежит другое: переписка, сметы, командировочные отчёты, штатные расписания, протоколы допросов. Организация была учреждена 1 июля 1935 года при участии рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера, аграрного идеолога Рихарда Вальтера Дарре и нидерландского самоучки Германа Вирта. К концу тридцатых у неё насчитывалось несколько десятков исследовательских подразделений, собственное издательство и финансирование, о котором обычные университетские кафедры могли только мечтать.
Реальная история этого института содержательнее выдуманной. И заканчивается она не тайной, а приговором суда.
Вывод, написанный до исследования
Задача была сформулирована заранее: подтвердить существование древней «нордической» культуры, от которой якобы происходят германцы, и найти её следы по всему миру. Обычная научная процедура здесь развёрнута на сто восемьдесят градусов — сначала ответ, потом сбор доказательств.
Первым научным руководителем стал Герман Вирт, автор книги «Восхождение человечества» (1928). Он опирался, среди прочего, на «Хронику Ура-Линда» — фризскую рукопись, признанную подделкой XIX века задолго до того, как Вирт издал её немецкий перевод. Даже по меркам режима это выглядело чрезмерно: к 1937 году Вирта отодвинули, кураторство перешло к мюнхенскому санскритологу Вальтеру Вюсту, человеку с настоящей академической биографией.
Смена руководителя ничего не изменила в главном. Раскопки у скал Экстернштайне в Тевтобургском лесу должны были доказать, что перед нами древнегерманское святилище; убедительных подтверждений не нашли, но в популярных изданиях выводы остались прежними. Другие отделы занимались рунами, фольклором, историей права, музыкой, «учением о мировом льде» — и почти везде результат был известен до начала работы.
Институция, которой запрещено получать отрицательный результат, перестаёт быть научной. Дальше вопрос только в том, как далеко она зайдёт.
Куда это привело
В 1942 году в структуре «Аненербе» появился Институт военно-научных прикладных исследований. За канцелярской вывеской велись опыты на узниках концлагерей: эксперименты Зигмунда Рашера в Дахау с переохлаждением и пониженным давлением, работы анатома Августа Хирта в Страсбурге, ради которых в Освенциме отобрали 86 человек — их убили в Нацвейлере, чтобы получить «коллекцию скелетов».
С началом войны у организации появилось ещё одно занятие. Археологические группы «Аненербе» работали на оккупированных территориях, включая Крым и Причерноморье, где искали «готские древности» и заодно вывозили музейные собрания. Это уже не спор о методе, а обычное расхищение, оформленное как научная командировка.
Управляющий делами «Аненербе» Вольфрам Зиверс был подсудимым на процессе американского военного трибунала по делу врачей в Нюрнберге в 1946–1947 годах. Приговор — смертная казнь, исполнен 2 июня 1948 года. Опубликованные материалы этого процесса остаются главным документальным основанием для любого разговора об организации.
Как из отчётов сделали приключение
Послевоенная популярная литература превратила бюрократическую машину в приключенческий сюжет. Отправной точкой обычно считают книгу Луи Повеля и Жака Бержье «Утро магов» (1960): авторы сами называли свой метод «фантастическим реализмом», но читатели восприняли текст как документальный. Дальше сработал эффект снежного кома — книги начали ссылаться друг на друга, минуя архивы.
Академическая история «Аненербе» появилась даже раньше: монография Михаэля Катера вышла в 1974 году и до сих пор остаётся базовой. Позже к ней добавилось исследование Хизер Прингл. Ни в одной из этих работ нет ни артефактов силы, ни тайных знаний, зато есть подробная картина того, как учёные степени соединяются с идеологическим заказом.
- «Аненербе» не искало сверхъестественное, оно обосновывало расовую доктрину
- Экспедиции и раскопки были настоящими, а вот их выводы писались заранее
- Ключевые документы доступны исследователям и опубликованы
Почему это важно различать
Миф о тайных знаниях делает нацистскую верхушку значительнее, чем она была. Приписывая ей контакт с чем-то запредельным, конспирология невольно продолжает работу нацистской пропаганды: та тоже настаивала на своей исключительности, только в других выражениях.
Документы показывают куда более неприятную вещь. Никакой магии не требовалось — хватило государственного финансирования, отмены научной критики и разрешения не считать людей людьми. Это история не про оккультизм, а про то, как быстро исследовательский институт превращается в соучастника, когда истина в нём определяется приказом.
Источники
- Kater M. Das «Ahnenerbe» der SS 1935–1945
- Pringle H. The Master Plan: Himmler’s Scholars and the Holocaust
- Материалы Нюрнбергского процесса по делу врачей, 1946–1947
