Долина смерти на Камчатке: газы вместо мистики

В Кроноцком заповеднике на Камчатке, в верховьях реки Гейзерной у подножия вулканического массива Кихпиныч, лежит узкая лощина длиной около двух километров. От знаменитой Долины гейзеров её отделяют считаные километры.

Место обнаружили в июле 1975 года, и первое, что здесь увидели, — останки животных. Медведи, лисицы, росомахи, зайцы, вороны, мелкие птицы. Одни трупы были свежими, другие лежали давно, и характерно, что они почти не разлагались и не растаскивались падальщиками.

Название пришло само собой. Разгадка тоже оказалась быстрой: исследования Института вулканологии показали, что дело в составе воздуха у самой земли.

Что там в воздухе

Массив Кихпиныч активен, и вдоль разломов на поверхность выходят вулканические газы. Основные компоненты — углекислый газ и сероводород, присутствуют сернистый газ и другие соединения серы. В разные годы в пробах отмечали и более экзотические примеси, но главную работу делают первые два.

Ключ к механизму — плотность. Углекислый газ примерно в полтора раза тяжелее воздуха, сероводород — тяжелее почти на двадцать процентов. В безветренную погоду они не поднимаются, а стекают по рельефу и скапливаются в понижениях слоем от нескольких десятков сантиметров до метра.

Именно на этой высоте дышит лисица, заяц, ворона и низко идущий по следу медведь. Человек, стоящий во весь рост, находится выше опасного слоя, но, наклонившись за образцом или присев, попадает в него целиком.

Дальше срабатывает цепочка, объясняющая концентрацию останков. Погибает мелкое животное или птица. Запах привлекает падальщиков — лисиц, росомах, ворон, медведей. Они спускаются в лощину и остаются там же. Каждая смерть приманивает следующего.

Почему это опасно для людей

Исследователи и инспекторы заповедника не раз описывали одни и те же ощущения: слабость, головокружение, жар, учащённое сердцебиение, ощущение нехватки воздуха. Симптомы проходят при быстром выходе на возвышенное место или на ветер. Известны случаи, когда людей приходилось выводить под руки.

Два свойства газов делают ситуацию особенно коварной:

• углекислый газ не имеет ни цвета, ни запаха; его избыток организм сначала воспринимает как одышку, а затем как спутанность сознания
• сероводород при высоких концентрациях парализует обоняние за считаные минуты; человек перестаёт чувствовать характерный запах и делает вывод, что опасность миновала

Второй пункт — классическая причина отравлений в коллекторах и на очистных сооружениях, и он полностью применим к вулканической лощине.

Безопасность здесь целиком определяется погодой. При ветре газы рассеиваются, и место ничем не отличается от соседних распадков. При штиле, особенно ранним утром и после дождя, концентрации у поверхности резко растут. Долина находится в заповедном режиме, посещение возможно только по разрешению и в сопровождении.

Такие места есть по всему миру

Камчатская лощина не уникальна, а типична для вулканических районов.

Собачья пещера под Неаполем известна с античности. Слой углекислого газа стоит у пола, и веками проводники демонстрировали приезжим один и тот же жестокий фокус: собака теряла сознание, а стоящий рядом человек ничего не чувствовал. Явление описывали Плиний Старший и позднейшие натуралисты.

В Йеллоустоне есть ущелье, получившее в конце XIX века почти такое же имя. Геологи описывали там погибших медведей и мелких зверей рядом с выходами газов — сценарий, буквально повторяющий камчатский.

Самая тяжёлая известная катастрофа такого рода произошла 21 августа 1986 года на озере Ньос в Камеруне. В глубинных слоях озера годами накапливался растворённый углекислый газ вулканического происхождения. Вода внезапно опрокинулась, газ вышел одной волной, стёк по долинам и убил около семнадцати сотен человек и тысячи голов скота. Двумя годами раньше сходное, но меньшее по масштабу событие случилось на озере Монун. Сейчас на обоих озёрах работают дегазационные трубы, постепенно стравливающие газ.

Механизм везде один: тяжёлый газ без запаха, рельеф, который его удерживает, и отсутствие ветра. Разница только в объёме.

Долина смерти на Камчатке ценна как наглядное пособие: явление выглядит зловеще, звучит мистически и объясняется полностью — но объяснение ничего не смягчает. Знание механизма не делает лощину безопаснее, оно только позволяет предсказать, когда именно туда нельзя заходить. Это довольно точный образ того, что вообще даёт разбор аномалий: не отмену явления, а замену страха расчётом.