Огни Хессдалена: единственный феномен с постоянной научной станцией

Долина Хессдален лежит в центральной Норвегии, в коммуне Холтолен, примерно в ста двадцати километрах к югу от Тронхейма. Она узкая, вытянутая на пятнадцать километров, окружена невысокими горами, и живёт в ней меньше двух сотен человек.

С декабря 1981 года жители начали регулярно сообщать о светящихся объектах: белых, жёлтых, реже красных, размером от футбольного мяча до автомобиля. Одни висели неподвижно по часу и дольше, другие двигались вдоль склонов. В пик активности, зимой 1982–1983 годов, сообщения поступали до двадцати раз в неделю.

Дальше произошло то, что делает Хессдален исключением среди всех подобных историй. Вместо споров о том, «бывает ли такое», в долину привезли аппаратуру и начали снимать показания.

Проект, который не свернули

Летом 1983 года инженер Эрлинг Странд с коллегами организовал Project Hessdalen. Зимой 1984 года в долине развернули полевую кампанию: камеры со спектральными решётками, магнитометры, сейсмограф, радиоспектрометр, лазерный дальномер, радар.

За пять недель работы наблюдатели зафиксировали несколько десятков световых явлений. Часть из них удалось снять, в нескольких случаях вспышки совпали по времени с отклонениями магнитометра. Отчёт по кампании вышел в том же году и до сих пор остаётся исходной точкой для всех последующих работ.

В августе 1998 года Эстфоллский университетский колледж построил в долине автоматическую измерительную станцию Hessdalen AMS — камеры, работающие круглосуточно, с автоматическим распознаванием событий. Позже к ней добавили наблюдательный пункт, известный как Синий ящик. С 2000 года проводятся ежегодные студенческие кампании EMBLA, в которых участвуют итальянские радиоастрономы, в том числе Массимо Теодорани из института радиоастрономии Национального совета по исследованиям Италии.

Другого явления такого рода, за которым непрерывно наблюдает стационарная научная установка, попросту нет.

Что удалось измерить

Итоги двух десятилетий наблюдений скромнее, чем хотелось бы сторонникам, и весомее, чем ожидали скептики:

• часть объектов одновременно фиксировалась визуально, на камерах и радаром, то есть отражала радиоволны
• спектры некоторых событий оказались непрерывными, без выраженных линий, что характерно для теплового излучения раскалённого вещества или плотной плазмы
• оценки светимости дают порядок киловатт, размеры — от десятков сантиметров до нескольких метров
• устойчивой связи с сейсмической активностью долины найти не удалось
• значительная доля первичных сообщений при проверке оказалась автомобильными фарами, самолётами, Венерой у горизонта и отражениями луны на снегу

Последний пункт важен не меньше первых. Автоматика и дежурные наблюдатели отсеивают обыденное, и после отсева остаётся заметно меньше событий, но они остаются.

Гипотезы и их слабые места

Ни одно из объяснений пока не проверено до конца.

Пылевая плазма. Странд и Бьёрн Гитле Хауге предполагают, что светятся заряженные пылевые частицы, образующие устойчивую структуру. Модель объясняет долгую жизнь объекта и его форму, но требует источника энергии, который в долине не найден.

Ионизация от радона. В породах района радон присутствует, продукты его распада способны ионизировать воздух. Проблема в масштабе: измеренных концентраций не хватает на наблюдаемую яркость.

Естественная батарея. Геология долины неоднородна, склоны сложены разными породами с содержанием железа, цинка и меди, а речная вода богата серой и работает как электролит. Гипотеза предполагает слабые естественные токи в грунте; прямых измерений, подтверждающих нужные величины, пока нет.

Горение металлической пыли. По соседству расположен Рёрус — район старых медных рудников, разрабатывавшихся с XVII века. Версия объясняет спектр, но не объясняет управляемого на вид движения.

Ни одна из четырёх гипотез не выходит за пределы известной физики. Спор идёт не о том, возможно ли явление в принципе, а о том, какой из обычных механизмов работает в этой конкретной долине.

Что даёт долгий мониторинг

Активность за сорок лет сильно упала: вместо сотен сообщений в год теперь фиксируют десять-двадцать событий. Для исследователей это неприятная ирония — приборы наконец есть, а объект стал редким.

Опыт Хессдалена ценен именно методикой. Здесь показали, что «аномальную зону» можно поставить под наблюдение без предварительного вердикта: не доказывать инопланетян и не объявлять всех очевидцев ошибающимися, а десятилетиями собирать спектры, координаты и отсеивать помехи. Результат промежуточный и честный — светящиеся объекты в долине существуют, они материальны, их природа не установлена. В большинстве похожих сюжетов нет даже этого.